БИБЛИОТЕКА

«Понятие «полководец» является не просто красивым званием для военачальника или данью прошлому. Оно отражает специфику ведения вооруженной борьбы, показывает, что в её ходе и исходе играют большую роль одаренные и волевые военачальники. Звание «полководец» — это своего рода общенациональное признание военных заслуг военачальника, его умения руководить войсками в битвах и сражениях, его выдающихся побед на войне...» (Маршал Советского Союза А.М. Василевский).
Военачальники: полководцы и флотоводцы Великой Отечественной войны, 1946 г.

Карусель


Последние записи

ГРУ — ГЛАЗА И УШИ ГЕНШТАБА

Владимир Лота, историк разведки, основной историограф ГРУ Генштаба ВС РФ, писатель, учёный, доктор исторических наук, профессор.60 лет тому назад на фронтах Великой Отечественной происходили события, которые кардинальным образом изменили обстановку на советско-германском фронте и создали реальные предпосылки для победы над фашистской Германией. Речь о Сталинградской битве. О подвигах пехотинцев, артиллеристов, танкистов, военных летчиков в ходе сражения за Сталинград написано много. Об участии военных разведчиков в этом сражении не сказано практически ничего. А между тем 1942 год — год Сталинградского сражения — был самым трагичным и самым успешным в деятельности военной разведки Красной Армии. Хотя по неизвестным причинам операции военной разведки не нашли отражения даже в воспоминаниях Маршала Советского Союза А.М. Василевского, который в период Сталинградской битвы был начальником Генерального штаба.
Сталинградское сражение, как известно, началось в середине июля 1942 года. Гитлер требовал от своих генералов разгрома Красной Армии. На московском и ленинградском направлениях сохранялись крупные группировки немецких войск, которые реально угрожали безопасности двух столиц советского государства. Какой из них предстояло пасть первой, сказать тогда никто бы не смог. Гитлер готов был уничтожить и Москву, и Ленинград одновременно.
После разгрома немецких войск под Москвой наступательные возможности советских войск к весне 1942 года иссякли. Для советского Верховного Главнокомандования настало время решать, как действовать во время летнего периода — обороняться или продолжать наступление? Начальник Генерального штаба Б.М. Шапошников (с мая 1942 г. — заместитель наркома обороны) понимал, что для накопления резервов необходимо выиграть время. Он считал, что по всему фронту необходимо перейти к стратегической обороне.
Сталин и Жуков соглашались с необходимостью перехода к стратегической обороне, но предложили провести несколько наступательных операций. В конечном счете стратегическая оборона была принята в качестве главного вида действий Красной Армии на лето 1942 года. Вместе с тем Ставка, учитывая мнение Сталина, приказала также провести частные наступательные операции.

ЛЕГЕНДАРНЫЙ ГЕНЕРАЛ ЧЕРНЯХОВСКИЙ

Председатель Правления фонда «Маршалы Победы» Александр Яковлевич Сухарев, экс-генеральный прокурор СССР, ныне — советник Генпрокурора РФВ плеяде выдающихся» исполинов Великой Отечественной, под чьим водительством были повергнуты немецко-фашистские полчища, особое место занимает Иван Данилович Черняховский — самый молодой и талантливый полководец, генерал армии, командующий 3-м Белорусским фронтом. Он вошёл в историю Вооружённых сил и всего нашего Отечества, стал легендой народа.
Создатели книги «Легендарный Черняховский», приуроченной к предстоящему в 2006 году столетию со дня рождения полководца, испытывая гордость за выдающегося сына Родины, самородка, выросшего из её родниковых глубин, хотели воздать должное великому соотечественнику, воскресить в памяти современников образ любимого героя, ознакомить молодёжь с документальными свидетельствами его незаурядного жизненного подвига, замечательными человеческими качествами, проявленными в самые грозные годы испытания страны.

СЛОВО — СОЛДАТ-ЧАСОВОЙ У ПАМЯТИ НА ПОСТУ!

Ему суждено было войти в историю Великой Отечественной войны
единственным полководцем, который не потерпел ни одного поражения,
не проиграл ни одной стратегической баталии!

Маршал Советского Союза А.М. Василевский В бесконечных спорах и дискуссиях 90-х и начала 2000-х годов о прошлом России все предлагаемые варианты сводились лишь к одному — полному забвению того, что было до 1991 года. Словно до этой даты не существовало ни Советского Союза, ни царской России, ни народов, которые тысячелетиями живут на этой большой земле. Но нет более точного критерия, чем оценка Истории, и нет более строгого и беспощадного редактора, чем сама История! Что ей купленные похвалы в газетах, цветные плакаты по обочинам автомобильных трасс, или миллионные суммы, затраченные на телевизионные сюжеты, в которых превозносятся достоинства очередного «народного заступника». На проверку времени все это оказывается не более чем блестящей мишурой, которую так легко сдувают ветры перемен (президент-алкаш Ельцин тому пример!). И по окончанию очередной очистительной бури остаются только имена и деяния, достойные жить в памяти народа.
Одним из таких был и остаётся Маршал Советского Союза Александр Михайлович Василевский — дважды кавалер полководческого ордена «Победа» (он был первым дважды удостоен этой награды!) и дважды Герой Советского Союза, видный государственный, общественный и военный деятель, один из величайших полководцев Великой Победы. В годы Великой Отечественной войны он возглавлял Генеральный штаб, был представителем и членом Ставки ВГК, автором и участником практически всех стратегических операций; а в августе-сентябре 1945 года, в качестве Главнокомандующего советскими войсками на Дальнем Востоке блестяще спланировал и осуществил разгром Квантунской армии Японии, освободил от агрессора Маньчжурию, Северную Корею и вернул России исконно русские земли — Южный Сахалин и Курильские острова.

TIME: КОРЕННОЙ ПЕРЕЛОМ БЕЗ ВТОРОГО ФРОНТА (1943)

Журнал TIME о маршале ВасилевскомВ этот день, когда ранним утром 5 июля 1943 года на советско-германском фронте началась грандиозная Курская битва, в США из печати вышел очередной номер журнала TIME с портретом маршала Советского Союза А.М. Василевского на обложке и благожелательным редакционным материалом о войне Советского Союза с фашистской Германией. В статье дана статичная картина Второй мировой войны, не предвещавшая быстрых изменений: открытие Второго фронта, на чем настаивало советское руководство, было ещё далеко впереди, а между Германией и СССР, по мнению авторов, наступил период вооружённой борьбы на истощение, конца которому не было и видно. СССР хотя и стал перевешивать Германию по всем военно-экономическим показателям, но продолжал испытывать недостаток ресурсов, в первую очередь — продовольствия. Конечно, поставки по ленд-лизу играли немаловажную роль в росте советской мощи, но, по справедливой оценке аналитиков журнала, далеко не главную. Лишь мужество и способность советского народа — мобилизация всех ресурсов на борьбу с врагом и формирование И.В. Сталиным когорты выдающихся военачальников, первым из которых назван А.М. Василевский, обеспечивали успехи Красной Армии в борьбе с Вермахтом. По мнению авторов, сражения сторон имели сугубо оборонительный характер, даже когда предпринимались наступательные действия типа контрнаступления под Сталинградом или прорыв советских войск к Днепру.
Об этой статье в журнале TIME сообщила нам Лариса Матрос из США, участница МТК «Вечная Память» (2005), которая случайно обнаружила её в библиотеке Конгресса США. «Я подумала, что данная публикация TIME о маршале Василевском вызовет у вас определенный интерес, — говорила она в телефонном разговоре, — тем более что в рамках проводимого журналом «СЕНАТОР» «Года памяти Маршала Василевского» (2007)».
Действительно, в материале, оказавшейся находкой для нас в рамках памятных мероприятий «Года», особое внимание уделено к авторитетному тогда полководцу Красной Армии, новоиспечённому Маршалу Советского Союза А.М. Василевскому. В отличие от историографии и публицистики советского периода, особенно хрущёвского периода лжи и брежневских времён застоя, оценка роли и деятельности маршала Василевского в этой войне заокеанскими публицистами отнюдь не выглядел «заказным» или предвзятым: «Маршал Василевский своим взлётом обязан прошлогоднему решению Иосифа Сталина — оживить командование. Как и в любой другой армии, война была несправедлива ко многим генералам. Некоторые из них были смещены с должностей… В этом процессе Сталин достиг несравнимой с другими армиями гибкости. Для службы вместе с ним в Верховном Командовании он выбрал Василевского; агрессивный маршал Георгий Жуков — руководитель оперативного штаба, приводящего в исполнение планы маршала Василевского…».

КОМАНДНАЯ ТОЧКА ВОЙНЫ

Эта беседа — результат нескольких встреч с маршалом в 1975 году. Александр Михайлович был уже тяжело болен. Врачи запретили ему хоть сколько-нибудь работать, запретили с кем-либо встречаться и даже подыматься с постели. Но он сказал мне при первой же встрече: «Побеседовать с молодёжью — очень важное дело. Это, возможно, самое важное из всего, что я ещё успею…» У меня сохранилось его письмо, датированное 27 апреля 1975 года.
«Дорогой Василий Михайлович. Посылаю очередные листки ответов. Делаю все в постели, лёжа, в секрете от врачей и с руганью с членами семьи. Очень хотел бы ещё встретиться с Вами, — но врачи даже с сыновьями встречу не разрешают… Будет необходимость — сокращайте. Если редколлегия почему-либо найдёт беседу неподходящей, оригиналы прошу мне вернуть.
Сегодня чувствую себя несколько лучше. С сердечным приветом,
А. Василевский».Василий Михайлович Песков, писатель и публицист, обозреватель «Комсомольской правды, член Жюри и международного Совета I МТК «Вечная Память». Беседа с маршалом Василевским в «Комсомольской правде» была опубликована полностью. В том же виде она публикуется здесь.

ДЕЛО ВСЕЙ ЖИЗНИ

Май 1944 года. Маршал Советского Союза А.М. Василевский над картой подготовки Белорусской наступательной операции — «Багратион».Великая Отечественная война застала меня на службе в Генеральном штабе, в должности заместителя начальника оперативного управления, в звании генерал-майора. 1 августа 1941 года решением ЦК партии я был назначен начальником оперативного управления и заместителем начальника Генерального штаба, а с июня 1942 и до февраля 1945 года возглавлял Генеральный штаб, будучи одновременно заместителем наркома обороны. В дальнейшем на меня были возложены обязанности командующего фронтом и члена Ставки Верховного Главнокомандования, а затем главнокомандующего войсками Дальнего Востока.
Таким образом, на протяжении почти всей Великой Отечественной войны я имел прямое, непосредственное отношение к руководству Вооружёнными Силами. Поэтому я прежде всего и больше всего говорю в книге о деятельности Ставки Верховного Главнокомандования, её главного рабочего органа — Генерального штаба и основного руководящего состава наших Вооружённых Сил — командующих фронтами и армиями, их военных советов и штабов.
В основу книги положен фактический материал, хорошо известный мне и подтверждённый архивными документами, значительная часть которых еще не публиковалась. Главная цель моих воспоминаний — показать, как под мудрым руководством Коммунистической партии ковалась грандиознейшая победа, рассказать нашему молодому поколению о тех методах и формах, которые применялись нашими руководящими военными органами в ходе вооружённой борьбы. Были в этой борьбе и ошибки и просчёты. Скажу я в своей книге и о них. Но, разумеется, не они составляют главное на том многотрудном пути, который прошли наши воины к победе.
В своей книге я стремлюсь показать, как росли день ото дня военное могущество Советского государства, боевые и моральные качества советских воинов, как развивалась военная наука, росли наши военные и особенно руководящие кадры. Надо прямо сказать, что все наши военачальники являлись последовательными выразителями основных принципов советского военного искусства — решительности, гибкости и манёвренности. Уже в первые месяцы войны они показали ценнейшие из качеств военного руководителя — полное и глубокое понимание природы и характера современной войны ц способность предвидеть ход и исход самых сложных сражений.

КРУПНЕЙШЕЕ ПОРАЖЕНИЕ ЖУКОВА

Посвящается памяти десяткам тысяч советских солдат, которые сражались и погибли
или выжили в этой кровавой бойне, но были забыты историей, государством и обществом.

 

ВВЕДЕНИЕ

Я убит подо Ржевом19 ноября 1942 года под Сталинградом Красная Армия нанесла массированный удар по немецкой армии, до тех пор не знавшей поражений. Всего за одну неделю советские войска окружили 6-ю, одну из самых доблестных армий вермахта, ввергнув её в смертоносный сталинградский «котёл». А уже через два месяца жалкие остатки некогда гордой немецкой армии и соединений союзников были уничтожены в ходе одной из самых известных битв советско-германской войны.
История учит нас, что титаническая Сталинградская битва изменила ход войны на Восточном фронте, безжалостно направив немецкую армию и рейх по пути к окончательному и унизительному разгрому. История увенчала победителей Сталинградской битвы немеркнущей славой. Из этого сражения Красная армия вышла преображённой силой, не знавшей с тех пор поражений в стратегических операциях. Мнимые творцы сталинградского триумфа вошли в анналы военной истории на правах непобедимых героев, возглавивших впоследствии безостановочный марш советских войск к победе. Самое видное место в этом военном пантеоне занимает внушительная фигура Маршала Советского Союза Георгия Константиновича Жукова, героя Москвы, Сталинграда, Курска и Берлина.
Однако история зачастую дезинформирует нас. Музы истории не постоянны. Они хранят только известные сведения, нередко игнорируя остальные. Давняя поговорка «Победителей не судят» верна. В число тех благ, которые достаются победителям, входит и возможность творить историю, и самый наглядный пример тому — война на Восточном фронте. До конца 1942 года история войны Германии с СССР была немецкой — потому, что преимущественно немцы с гордостью излагали суть и подробности её событий. Но по завершении 1942 года история войны стала советской, поскольку победители заслужили право описывать свои победы. Такими были и остаются исторические реалии войны на Восточном фронте.

КРУПНЕЙШЕЕ ПОРАЖЕНИЕ ЖУКОВА

Продолжение.
Две-три недели спустя за ней должно было последовать наступление на вязьминском направлении силами центрального участка Западного фронта, идущими на сближение с победителями операции «Марс» и полностью окружающими немецкую группу армий «Центр». Второй этап операции Жукова носил кодовое название «Юпитер». Первая операция Василевского «Уран», предварительно намеченная на середину ноября, предпринималась с целью окружения немецкой 6-й армии в районе Сталинграда. Целью её второго этапа, операции «Сатурн», назначенной на начало декабря, было окружение всей немецкой группы армий «Б». Эту группировку предстояло оттеснить к Азовскому морю и перерезать путь к отступлению группе армий «А» со стороны Кавказа.
После 26 сентября стратеги Ставки сделали перерыв в заседаниях и вернулись каждый на свой участок фронта, чтобы согласовать планы с фронтовыми командирами и штабами. Жуков вместе с Василевским отправился на Юго-Западный фронт с целью изучения последних изменений обстановки. В расположении Западного и Калининского фронтов Жуков должен был появиться 12 октября — вдень, на который наметили начало операции «Марс». Но из-за плохой погоды приготовления к наступлению затянулись, и, вместо того чтобы вернуться к своим фронтам, 12 октября Жуков отбыл в Москву, чтобы доработать планы первого этапа операции, перенесённой на 28 октября. Затем 21 октября он побывал на Калининском фронте, чтобы завершить подготовку к наступлению. Тем временем Генштаб готовил предварительные приказы и рассылал их штабам фронтов.В тылу немецких войск

КРУПНЕЙШЕЕ ПОРАЖЕНИЕ ЖУКОВА

Продолжение.
Операция Марс, сражениеКрюков получил почти такой же приказ, но конечной целью в нем было названо продвижение к лесу Медведь и на север к Чертолино. Кирюхин, Лобачёв и его начальник штаба мысленно видели, как кавалеристы Крюкова и танки выдвигаются, по возможности, бесшумно на исходный рубеж для наступления позади пехоты, сосредоточенной на восточном берегу Вазузы. Пока они совещались, почти весь оперативный отдел армии находился в поле, наблюдая за тайными действиями и способствуя им. Большая карта на стене КП была густо испещрена красными стрелками, обозначающими многочисленные маршруты, по которым в ту ночь войскам предстояло тихо пройти в направлении квадратов, отмечающих районы сбора подразделений. Втайне Кирюхин считал, что перемещения десятков тысяч солдат его армии в ту ночь не могут не возбудить подозрения немцев. Но это не имеет значения, поспешно напоминал себе он. Удар будет нанесён уже завтра, немцы ничего не успеют предпринять. В голове Кирюхина мелькнула мысль о том, что точно такие же сцены повторяются в штабах других советских армий по всему обширному контуру безмолвствующего Ржевского выступа.

КРУПНЕЙШЕЕ ПОРАЖЕНИЕ ЖУКОВА

Продолжение.
Фон Арним требовал усиления поддержки авиации, но погодные условия по-прежнему ограничивали количество самолётовылетов. Восточное Вазузы русские встречали эти вылеты интенсивным зенитным огнём и усилением вылетов собственной авиации.По настоянию Жукова и Конева поздно вечером Кирюхин издал новые приказы. Утром танковый корпус полковника Армана должен был возобновить движение к шоссе Ржев-Сычевка. Кавалерии Крюкова предстояло переправиться через Вазузу ночью и рано утром, а затем ринуться вперёд, поддерживая бронетехнику; следующим за ней пехотинцам Захарова и Рявякина — укрепить оборону предмостного плацдарма, уничтожить сохранившиеся очаги сопротивления противника, расширить район наступления на флангах. Планируя поддержку артиллерии на очередной день операции, собравшиеся военачальники с досадой услышали, что артиллерия армии не смогла выдвинуться вперёд и потому не в состоянии поддерживать операцию вдоль дороги Ржев-Сычевка и за ней. Жуков обрушился на подчинённых и, несмотря на отсутствие артиллерии, настоял на продолжении атаки. Рано утром 27 ноября полковник Арман из 6-го танкового корпуса доложил в штаб 20-й армии, что он не сможет выполнить новый приказ Кирюхина, пока его части не получат снабжения и подкрепления. Поскольку немцам удалось отвоевать несколько деревень у него в тылу, а запасы топлива и боеприпасов стремительно иссякали, Арман заявил, что продолжение атаки равносильно самоубийству. После ожесточённого спора Армана с Кирюхиным последний нехотя признал правоту первого. Кирюхин разрешил бригадам Армана занять оборонительные позиции неподалёку от дороги Ржев-Сычевка и на окраинах Подосиновки. Сам Кирюхин и штаб армии посвятили остаток дня отправке подкрепления и упрочению шаткого положения на предмостном плацдарме Вазузы. Целый день батальон капитана Пинского из 22-й танковой бригады удерживал опасные позиции по другую сторону дороги Ржев-Сычевка, к югу от Ложки. В результате день ознаменовался суматошными передвижениями советских войск и ожесточёнными локальными боями у немецких опорных пунктов на территории предмостного плацдарма, а также контратаками противника извне.